АБД АЛЬ-РАХМАН II
Возможно, его огорчала несдержанность отца, которой ему порой приходилось быть свидетелем, однако Абд аль-Рах-ман II (822-852), по крайней мере, унаследовал умиротворенное королевство. Его тридцатилетнее правление — один из самых плодотворных и успешных периодов в истории Аль-Андалуса. Покровительство эмира искусству и культуре привлекало людей с разносторонними интересами и ученых со всего мусульманского мира и христианской Европы. В то же время он возобновил набеги на северные территории, по примеру деда. В правление его сына Мухаммеда I (852886) Аль-Андалус еще процветал. Однако к концу правления опасения аль-Хакама I, казалось, начали оправдываться.
Несколько групп христиан в Кордове стали выражать недовольство растущей популярностью мусульманского образа жизни и культуры среди их собратьев. Их вызывающее поведение и возможный сговор с Ибн-Хафсуном, принявшим ислам, вызвали жесткую реакцию властей. Растущее религиозное беспокойство совпало по времени с серьезным ростом напряжения вдоль северной границы. Приграничные территории оставались в руках местной знати с небольшими гар низонами, собственными частными армиями и высокой степенью автономии. Когда центральная власть стала ослабевать, эти приграничные командиры перестали отправлять дань в центр и объявили себя правителями полунезависимых государств. С 886 по 912 год бунты и столкновения сделались частым явлением; в это время, похоже, только Кордова признавала власть эмира. Великолепная политическая структура первых правителей династии Омейядов переживала один из самых разрушительных периодов своей истории. Отношения между правителями и правящей элитой строились на личной преданности, господство Омейядов держалось на военной и экономической власти. Слабые властители были вынуждены наблюдать, как возникшие этнические, племенные и религиозные разногласия ведут страну к политической дезинтеграции. Прежнюю славу Аль-Анда-луса мог вернуть авторитарный правитель, и в безнадежной, казалось бы, ситуации такой человек появился. По всеобщему мнению, из-за природной подозрительности Абд-Аллах (889-912) совершил все возможные преступления против собственных детей, зато он выбрал правильного преемника — двадцатилетнего внука.